Проект правовой помощи трансгендерным людям

Заявление юристов Проекта правовой помощи трансгендерным людям

15.05.2015

logo_colorЗаявление юристов Проекта правовой помощи трансгендерным людям по поводу внесенного в Государственную Думу законопроекта, ограничивающего право трансгендерных людей на вступление в брак

(законопроект № 790069-6 «О внесении изменений в статью 14 Семейного кодекса Российской Федерации», внесен депутатами А.А. Журавлевым, Д.Е. Горовцовым и А.Н. Грешневиковым)

 

Настоящее заявление подготовлено юристами Проекта правовой помощи трансгендерным людям, имеющими большой опыт работы по делам о смене документов трансгендерными людьми и смежным вопросам – в том числе связанным с регулированием семейных отношений. Заявление подготовлено по результатам анализа законопроекта № 790069-6 «О внесении изменений в статью 14 Семейного кодекса Российской Федерации», предложенного депутатами А.А. Журавлевым, Д.Е. Горовцовым и А.Н. Грешневиковым. Анализ законопроекта проводился на предмет соблюдения правил юридической техники, соответствия нормам международного права и Конституции РФ, а также с точки зрения возможности реального исполнения предложенных норм в случае, если они будут приняты. По итогам анализа делается вывод о несоответствии законопроекта предъявляемым к такого рода текстам требованиям.

 

  1. Юридико-технические недостатки законопроекта

Рассматриваемым законопроектом предлагается дополнить статью 14 Семейного кодекса РФ («Обстоятельства, препятствующие заключению брака») следующим пунктом: «не допускается заключение брака между <…> лицами одного пола (определяемого при рождении), в том числе в случае изменения пола одним из лиц, вступающих в брак, до заключения брака либо прохождения процедуры изменения пола на момент государственной регистрации заключения брака».

В пояснительной записке указывается, что данное нововведение должно предотвратить использование процедуры смены пола для обхождения запрета на гомосексуальные браки путем создания ситуаций, когда юридический и «фактический» пол человека не совпадает. При этом они ссылаются на известную историю, произошедшую в Санкт-Петербурге, когда ЗАГС зарегистрировал брак между женщиной и трансгендерной женщиной, еще не сменившей документы с мужских на женские. Очевидно, что законодатели путают гомосексуальность и трансгендерность, а также, в более широком смысле, — сексуальную ориентацию и гендерную идентичность.

Во-первых, неясно, что авторы законопроекта называют «полом, определяемым при рождении». Законодательство не содержит такого определения. Правда, существует Приказ Минздравсоцразвития РФ от 27 декабря 2011 г. №1687н «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке его выдачи», которым установлена форма медицинского свидетельства о рождении. В данном документе и указывается пол ребенка, который затем вносится в запись акта о рождении органом ЗАГС. Возможно, именно это и имели в виду законодатели. Однако пол, определенный при рождении, может быть ошибочным, поскольку Приказ не содержит критериев определения пола новорожденного, однако указывает, что в случае невозможности визуального определения пола ребенка, его записывают по желанию матери. Помимо этого, при внесении изменений в запись акта о рождении транссексуальных лиц указание на пол также меняется и выдается новое свидетельство о рождении. В настоящий момент статья 12 Семейного кодекса РФ устанавливает, что брак заключается между мужчиной и женщиной. Указание на то, что их пол определяется полом при рождении (а не паспортом, удостоверяющим их личность на момент заключения брака) отсутствует. Авторы законопроекта не предлагают вносить изменений в эту статью, делая свой проект бессмысленным с точки зрения декларируемой цели, какой бы абсурдной сама по себе она ни была.

Во-вторых, авторы законопроекта не указывают, что подразумевается под «сменой пола»: юридический или медицинский факт (или процесс?). Если речь идет о юридическом факте, то это вполне определенная процедура, приводящая к конкретному результату – внесению изменений в запись акта о рождении и получению нового паспорта, после чего заключение брака с лицом своего же пола (записанного в документах, в том числе в записи акта о рождении) и так невозможно по действующему законодательству. То есть свадьба в Санкт-Петербурге, на которую ссылаются депутаты в пояснительной записке, стала возможной только потому, что трансгедерная девушка еще не изменила паспортный пол с мужского на женский. Если же речь идет о медицинском процессе, то тут – сплошная неопределенность. Как известно, форма медицинского документа об изменении пола Минздравом России до сих пор не утверждена, соответственно, законодательно установленные медицинские критерии изменения пола отсутствуют. Объем медицинских вмешательств, который предпринимают для изменения пола и считают достаточным транссексуальные люди, также весьма различается от случая к случаю. И уж совершенно неясно, что имеется в виду под «прохождением процедуры изменения пола» – обследование у психиатра, проведение гормональной терапии или операций, социализация? Возвращаясь к санкт-петербургской истории, нельзя не отметить, что авторы законопроекта каким-то непонятным образом определили, что трансгендерная девушка «фактически» является лицом женского пола (несмотря на мужские документы и на «пол, определенный при рождении»). Видимо, доказательством «фактического» пола в данном случае послужила одежда (белое платье) и публичное заявление самого лица. Более того, еще одним фактом, указывающим на абсурдность законопроекта, является то, что его принятие не исключит возможность повторения аналогичной ситуации в будущем.

В-третьих, если законодатель предлагает запретить лицам, сменившим паспортный пол, заключать браки с циссексуальными представителями противоположного паспортного пола (поскольку, по мнению авторов законопроекта, это приведет к фактическому однополому союзу), значит ли это, что заключать брак с циссексуальными представителями такого же паспортного пола таким лицам будет разрешено? Вряд ли авторы задумывались над этим вопросом, а ведь он логически вытекает из предложенной ими формулировки. Похоже, что по замыслу законодателя транссексуалы в принципе должны быть лишены права вступать в брак с циссексуалами: с лицами одного паспортного пола – по причине юридической гомосексуальности, а с лицами противоположного паспортного пола – в связи со скрытой «гомосексуальностью» такого брака. Но если так, то можно ли будет вступать в брак двум разнополым транссексуальным людям (FtM c MtF), которые были разнополыми и при рождении? Ответа на этот вопрос из текста законопроекта дать невозможно, а его авторам такая мысль, скорее всего, даже не приходила в голову.

В-четвертых, непонятно, что будет с уже зарегистрированными браками с участием транссексуальных лиц. Согласно действующей статье 27 Семейного кодекса РФ брак признается недействительным, если нарушение условий, указанных в законе, существовало в момент его заключения. К этим условиям в настоящий момент относятся: достижение брачного возраста, дееспособность, добровольное согласие на вступление в брак, отсутствие близкой родственной связи между супругами и ранее заключенного брака, отсутствие сокрытия одним из супругов наличия у него венерического заболевания или ВИЧ-инфекции. По общему правилу, закон обратной силы не имеет и уже зарегистрированные браки не должны признаваться недействительными.

 

  1. Противоречие предложенного законопроекта нормам международного права

Нормы международного права, содержащиеся в ратифицированных Российской Федерацией договорах, являются частью правовой системы России и в соответствии с Конституцией РФ имеют приоритет над национальным законодательством. Любые законодательные акты, принимаемые в стране, должны соответствовать международным договорам о правах человека. Право на вступление в брак гарантируется, в частности, статьей 12 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, трактовку которой дает Европейский Суд по правам человека в своих решениях и постановлениях. С этой точки зрения анализ имеющихся позиций позволяет сделать однозначный вывод о противоречии рассматриваемого законопроекта нормам международного права.

Еще в 2002 году Европейский Суд по правам человека установил нарушение властями Великобритании статьи 12 Конвенции о защите прав человека и основных свобод («Право на вступление в брак»). В деле Christine Goodwin v. the United Kingdom (жалоба № 28957/95, постановление от 11 июля 2002 года) заявительницей была транссексуальная женщина, которая не могла сменить документы и вступить в брак в соответствии с тем гендером, принадлежность к которому она ощущала. В своем постановлении Суд сделал два важных вывода, имеющих значение в контексте рассматриваемого нами законопроекта.

Во-первых, он подчеркнул, что «нельзя предполагать, что положения статьи 12 должны относиться к определению гендера исключительно с точки зрения биологических критериев». Во-вторых, Суд также отметил, что государственные власти могут определять условия и процедуры заключения брака транссексуальными людьми, однако «запрет транссексуальному лицу при любых обстоятельствах реализовывать свое право на вступление в брак не может быть оправдан». Таким образом, предложенные дополнения в Семейный кодекс РФ, будучи фактически бланкетным запретом на заключение брака, исходящим из исключительно биологических критериев определения пола, противоречат положению статьи 12 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в значении, придаваемом ей практикой Европейского Суда по правам человека.

В 2014 году Европейский Суд рассмотрел еще одно дело, касающееся браков с участием трансгендерных людей. В деле Hämäläinen v. Finland (жалоба № 37359/09, постановление от 16 июля 2014 года) Суд отказался признавать нарушение прав трансгендерной женщины, которая не могла получить новые документы, сохранив свое состояние в браке. Однако основным аргументом суда было то, что в Финляндии признаются альтернативные формы союзов, и брак заявительницы мог быть просто трансформирован в партнерство. В отличие от этого, в России юридически не признаются никакие другие формы союзов между людьми, кроме брака. Таким образом, если предложенная законодательная инициатива будет принята, многие трансгендерные люди в России будут абсолютно лишены своего права на брак, что также противоречит статье 12 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

 

  1. Противоречие предложенного законопроекта нормам конституционного права России

Предлагаемый депутатами запрет вступать в брак лицам, изменившим пол, нарушает ряд положений Конституции РФ и противоречит ряду существующих федеральных законов.

Во-первых, статья 19 Конституции РФ гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, происхождения, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации.

Данный конституционный принцип нашел свое отражение и в статье 1 Семейного кодекса РФ, запрещающей любые формы ограничения прав граждан при вступлении в брак и в семейных отношениях по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности. Лица, изменившие пол, образуют социальную группу (поскольку с точки зрения современной социологии можно сказать, что любая группа людей, объединенных одним и более социальным признаком, может считаться социальной группой), а значит, дискриминация по признаку принадлежности к этой группе запрещена.

Ограничение права на вступление в брак по признаку факта изменения пола, а значит, и наличия заболевания – транссексуализма, ставит лиц, изменивших пол по медицинским показаниям, в неравное положение с другими гражданами РФ, не имеющими указанного заболевания.

Кроме того, лишение лиц, изменивших пол, права на заключение брака ставит их в неравное положение с другими лицами, изменившими пол, которые вступили в брак до принятия закона и находятся в браке. Исключить такого рода неравенство невозможно, поскольку, как уже упоминалось выше, закон по общему правилу не имеет обратной силы. То есть признавать недействительными уже заключенные браки будет неправомерно.

Неконституционное ограничение права на заключение брака может коснуться также лиц, которые имеют диагноз «гермафродитизм» и также проводят операции, направленные на коррекцию половых признаков, что в результате может приводить к несовпадению пола, определенного при рождении, и пола, зафиксированного в документах после коррекции.

Во-вторых, статья 23 Конституции РФ закрепляет право каждого человека на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну. Факт изменения пола относится к частной жизни человека и составляет личную тайну. Разглашение факта изменения пола без согласия лица, изменившего пол, не допускается. Раскрытие информации об изменении пола при вступлении в брак нарушает личную тайну.

Кроме того, статья 13 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» закрепляет право граждан на врачебную тайну. К врачебной тайне, в частности, относятся сведения о диагнозе и иные сведения, полученные при лечении гражданина. Таким образом, сведения о наличии или отсутствии у лица, вступающего в брак, диагноза «транссексуализм», а также сведения о произведенных медицинских вмешательствах, направленных на изменение пола, либо об отсутствии таких вмешательств, относятся к врачебной тайне.

Данные положения о врачебной тайне нашли свое отражения и в статье 15 Семейного кодекса РФ, которая предусматривает добровольное медицинское обследование лиц, вступающих в брак. Пункт 2 указанной статьи гласит, что результаты обследования лица, вступающего в брак, составляют врачебную тайну и могут быть сообщены лицу, с которым оно намерено заключить брак, только с согласия лица, прошедшего обследование.

Часть 4 статьи 13 указанного Федерального закона предусматривает случаи, в которых врачебная тайна может быть разглашена без согласия гражданина. В частности, разглашение врачебной тайны возможно по запросу органов дознания и следствия, суда в связи с проведением расследования или судебным разбирательством, по запросу органов прокуратуры в связи с осуществлением ими прокурорского надзора, по запросу органа уголовно-исполнительной системы. Закон не предусматривает разглашения врачебной тайны по запросам органов ЗАГС в связи с проверкой лиц, вступающих в брак.

В-третьих, Семейный кодекс РФ содержит понятие «фактическое создание семьи» (п. 3 ст. 29). Следовательно, независимо от заключения брака, лица, изменившие пол, фактически могут создать семью.

Статья 1 Семейного кодекса РФ провозглашает принцип недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи и принцип добровольности брачного союза мужчины и женщины. Данные принципы корреспондируют с правом на неприкосновенность частной жизни, гарантированным статьей 23 Конституции РФ. В частности, указанные принципы означают, что должностные лица ЗАГСа не вправе определять, может ли лицо вступить в брак с другим лицом противоположного пола, если одно из них или оба изменили пол, зафиксированный при рождении.

 

  1. Практическая неисполнимость предложенного законопроекта

Принятие законопроекта в нынешнем виде с неизбежностью приведет к избирательности и непредсказуемости его применения.

Дело в том, что ни действующим законодательством, ни данным законопроектом не предусматривается представление лицами, желающими вступить в брак, в орган ЗАГС каких-либо документов, подтверждающих отсутствие обстоятельств, препятствующих заключению брака и перечисленных в статье 14 Семейного кодекса РФ (которую и предлагается дополнить новым пунктом). Вступающие в брак обязаны лишь указать в заявлении о заключении брака, что такие обстоятельства отсутствуют, при этом правдивость этого факта органом ЗАГС не проверяется. Единственная ситуация, при которой ЗАГС может отказать в заключении брака по обстоятельствам, предусмотренным этой статьей, – это наличие у руководителя органа ЗАГС доказательств, подтверждающих, что такие обстоятельства существуют (применительно к пункту, касающемуся перемены пола, это может быть, например, тот факт, что замена свидетельства о рождении производилась тем же ЗАГСом, в котором человек хочет заключить брак).

Вместе с тем, нарушение статьи 14 Семейного кодекса РФ при заключении брака может повлечь признание такого брака недействительным по решению суда, причем с соответствующим заявлением в суд может обратиться в том числе прокурор, а также органы опеки и попечительства (если брак затрагивает интересы несовершеннолетних или лишенных дееспособности лиц).

Таким образом, принятие этого законопроекта в его нынешнем виде не приведет к тому, что заключение браков трансгендерными людьми, сменившими документы или находящимися в процессе признания своей гендерной идентичности, станет невозможным в принципе, однако повесит над такими браками своеобразный «дамоклов меч» в виде возможности признания их недействительными в любой момент после заключения.

Если же предположить, что законодатель захочет гарантировать невозможность заключения таких браков в принципе, то разработка действенного механизма проверки того, не меняли ли лица, желающие заключить брак, пол и не находятся ли они в процессе его изменения, будет крайне затруднительна.

Возложение на органы ЗАГС обязанности направлять в медицинские учреждения соответствующие запросы, как указывалось выше, будет противоречить положениям Конституции РФ, устанавливающих право каждого на неприкосновенность частной жизни и личную тайну, а также Федеральному закону «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Кроме того, совершенно непонятно, в какие именно медицинские учреждения будет направляться такой запрос, ведь установление диагноза «транссексуализм» и проведение медицинских вмешательств, направленных на изменение пола, может происходить в любом имеющем соответствующую лицензию медицинском учреждении как на территории России, так и за ее пределами.

Возложение на лиц, желающих вступить в брак, обязанности прилагать к заявлению о заключении брака медицинскую справку, в которой будет указано, что они не меняли пол и не находятся в процессе его изменения, также будет нарушать вышеупомянутые права, закрепленные в Конституции, а также право граждан быть подвергнутыми медицинскому вмешательству (к которым относятся в том числе все виды медицинских обследований) только на основании информированного добровольного согласия (не все граждане хотят обращаться к врачам, практикующим научно доказанную медицину).

Если же законодатель предусмотрит, что информацию о том, имел ли место в жизни лиц, желающих заключить брак, факт изменения пола, органы ЗАГС будут получать из ЗАГСов по месту рождения жениха и невесты, то по-прежнему беспрепятственно вступать в брак смогут лица, «проходящие процедуру изменения пола». В то же время такого права могут оказаться лишены некоторые другие категории граждан: например, граждане записи актов о рождении которых не сохранились (поскольку невозможно будет установить, вносились ли в них изменения); граждане, родившиеся на территории иностранных государств, если с территории иностранного государства не поступит ответа на соответствующий запрос (что бывает нередко); граждане, утратившие свидетельство о рождении и не знающие, каким отделом ЗАГС было зарегистрировано их рождение.

Кроме того, введение любой из описанных выше процедур приведет к усложнению процедуры заключения брака для всех жителей России, в том числе для тех, кто никогда не слышал о таких понятиях, как трансгендерность или гендерная идентичность. Станет затруднительным, если не невозможным быстрое заключение брака при наличии особых обстоятельств (к которым относится, например, беременность, рождение ребенка или непосредственная угроза жизни одного из будущих супругов).

 

Заключение. Проведенный анализ позволяет прийти к выводу о том, что предложенный законопроект составлен без соблюдения правил юридической техники, не соответствует нормам международного права и Конституции РФ, а также не предполагает возможности его исполнения без нарушения прав и законных интересов граждан.

Новости

Хирургическая коррекция для трансгендерных людей стала легальна в Арабских Эмиратах

Объединенные Арабские Эмираты признали легальность и медицинскую обоснованность хирургических коррекций для...

США: программа по трудоустройству транс-людей в Калифорнии

Калифорния стала первым штатом, запустившим программу помощи в трудоустройстве для трансгендерных людей. Программа...

Предвыборная трансфобия: кандидат-«единоросс» требует изгнать из избирательной комиссии трансгендерную женщину

42-летний кандидат Виталий Милонов считает, что трансгендерным людям не место в избирательной комиссии. Так он...

Венгрия: первый официально зарегистрированный случай дискриминации по признаку гендерной идентичности

Управление по вопросам равенства Венгрии впервые официально зарегистрировало случай дискриминации по признаку...